Простое утро среды и… бабочка
Началось самое обычное утро среды – очередной день моей рабочей недели на строительстве АЭС в далекой и чужой стране, за тысячи километров от дома. Выйдя из подъезда, я сел в рабочий автобус и привычно оглядел пассажиров. Сонные, немного уставшие лица: кто-то смотрел в окно, кто-то уткнулся в смартфон, кто-то просто ждал начала трудового дня. Мимо одних я прошёл молча, другим улыбнулся, и в ответ получил несколько таких же тёплых улыбок. На сердце стало светлее и радостнее. Казалось бы, мелочь, а может сделать утро гораздо более живым.
Устроившись в мягком кресле и направив на себя прохладный поток кондиционера, я расслабился. Вместо того чтобы привычно погрузиться в телефон, я осознанно осмотрелся вокруг. На улице достаточно приятное утро с солнечным настроением. В автобусе наоборот – грустные и усталые лица коллег создают пасмурную атмосферу. Сердце сжалось от созерцания этой мрачной картины. А все потому что и я часто бываю таким же и мало чем отличаюсь от всех окружающих.
Когда я это осознал, мне стало страшно – страшно вновь потеряться в пустом дне сурка, способном поглотить целую жизнь. Ведь когда живешь на автомате, дни пролетает незаметно. А, если это еще и серые дни?! Раз и промчался еще один, неделя, месяц, год… Так может промчаться вся жизнь!
Нет, так я не хочу. Так не должно быть! Не хочу быть роботом – хочу быть Человеком, который живет настоящей жизнью, созидает, любит и глубоко чувствует мир. Хочется быть живым, полным вдохновения, а не умереть еще при жизни, так и не осознав этот бесценный дар.
А простая улыбка и дружелюбие, которыми мы только что обменялись с коллегами, уместны почти всегда. Поделившись радостью, добрым взглядом или шуткой, можно легко получить в ответ ещё больше или сделать чей-то день светлее. Это особенно важно, когда работаешь с «мёртвыми» компьютерами и механизмами, занимаясь делом без какого-либо творческого начала. А в чужой и далекой стране без подобных мелочей жизнь и вовсе может стать невыносимой ношей.
«Хорошее начало дня», – подытожил я свои размышления и улыбнулся вошедшему коллеге. Однако выражение его «кислого» лица не изменилось. Он даже посмотрел на меня с раздражением, а может, с удивлением. «Всякое бывает», – подумал я. – «Может, не выспался, может устал». Люди разные, и некоторым беспричинно счастливый человек может доставить дискомфорт. Ну, это их проблемы.
К слову, у нас в офисе небольшая часть сотрудников была со слегка отмороженным и надменным лицом «клином». Они практически ни с кем не здоровались. Один мой коллега сначала тоже очень удивился такому поведению. а потом подшучивал, что это такая часть корпоративной этики и нужно не обращать внимания на такие мелочи. Подобного я раньше нигде не встречал. Но в целом люди вокруг были отличные, каждый со своей жизненной историей, многие в душе настоящие авантюристы и достаточно интересные люди. И это даже не удивительно, ведь просто так в такие страны, еще и за тысячи километров от дома, не приезжают.
***
Через несколько минут в автобус вошла она – та самая девушка с татуировкой бабочки на шее (если меня тогда не подвело зрение). В последнее время я обращал на нее все больше внимания. Не мог иначе – какой-то едва уловимый внутренний стимул руководил мной, не спросив моего согласия. И я доверился ему в ожидании чего-то интересного. Мне нравилась эта игра, которая добавила новых красок в мою жизнь.
Алина (имя изменил) не вошла, а грациозно влетела, подобно той самой бабочке на ее шее, и села в паре сидений впереди, рядом с коллегой. Перекинувшись с ней несколькими фразами, вскоре сделала такое же серьезное лицо, как у всех, и погрузилась в виртуальный мир своего смартфона. Включился «зомби-режим», как я шутливо называю это состояние, в котором, к собственному сожалению, и сам еще бываю слишком часто.
Вспомнив о решении быть осознаннее, я взглянул на оттенок её блестящих и аккуратно уложенных волос, которые она время от времени поправляла рукой. Их цвет за последние два месяца менялся раз пять, а то и больше. Сначала она была брюнеткой, затем это были рыжеватые яркие оттенки, которые с каждой новой окраской светлели, постепенно переходя в блонд. Нынешний светлый тон, на мой взгляд, подходил ей больше всего. Одежда, цвет кожи, форма лица и волосы сливались в единую гармоничную картину. Чувствовалась целостность, а не хаос.
Позже я написал ей об этом в виде ненавязчивого комплимента. Ей, хоть и было приятно, но нынешний цвет казался ей «блеклым и не таким ярким».
На самом деле она так часто меняла образы, что я не успевал прочувствовать один, как передо мной был уже другой. Это взрывало мой логичный и последовательный мужской мозг! Как говорится, клиент созрел, предохранители перегорели – можно брать голыми руками.
Сегодня она была темненькой, через несколько недель – рыженькой, а спустя еще месяц уже плавно переходила в блондинку. Естественно, менялась и одежда, и общее эмоциональное состояние. Для стабильного, последовательного мужского мозга она была ребусом в квадрате и сплошным междустрочием.
Приехав на КПП, мы вышли из автобуса. Она шла впереди. Немного ускорив шаг, я догнал её, и мой взгляд привлекли завязанные в бантик и качающиеся завязки её рубашки. Мне неожиданно захотелось дёрнуть за них и развязать. Разумеется, я сдержался, хоть и с трудом, и, поравнявшись с ней, использовал это как предлог для небольшого разговора.
Похоже, она была не в настроении и, слегка съязвив по поводу моей наблюдательности, шутливо намекнула, что утром лучше выпить кофе, чем забивать голову подобной ерундой. Немного пообщавшись в игривой форме на тему предпочтений в кофе, мы поспешили к нашему автобусу уже прошедшему досмотр на КПП и готовому продолжать движение.
По пути мне повстречался наш старший коллега, с которым мы недавно путешествовали в Малайзию и сейчас стал невольным свидетелем нашего диалога. Он показал большой палец вверх и сказал, что мы хорошо смотримся вместе, и что она – хорошая девушка.
Я усмехнулся:
– Да, хорошенькая. А вот хорошая ли – не знаю.
– Так узнай, – парировал он.
Я рассмеялся:
– Ладно, подумаю над этим.
Хотя, по сути я уже этим и занимался.
И действительно, мне было интересно узнать, какая она как личность. Чем живёт, почему у неё часто такое грустное, серьезное лицо. Почему-то я был уверен, что за этой маской невозмутимости скрывается эмоциональная, нежная, творческая и ранимая натура. Возможно, сейчас накопилась усталость – от работы, от жизни. Или наскучили бесцветные будни. А может, ей просто одиноко. Или, как это часто бывает, ее сердце разбито кем-то или чем-то в прошлом. Было заметно, что её что-то тревожит. И это интриговало куда больше, чем если бы она была открытой и понятной. Я начал увлекаться не только предысторией (сон) моего интереса к ней, но и загадкой, которую она хранила в себе.
Я не знал истинных причин ее грусти и, возможно, так и не узнаю. Но она мне по-настоящему нравилась – в ней было нечто таинственное, что неотвратимо тянуло к себе. Логика и жизненный опыт подсказывали: вряд ли между нами может сложиться что-то серьёзное – уж слишком по-разному, как мне тогда казалось, мы смотрим на мир. Но вопреки голосу разума я чувствовал другое. В её глазах временами проскакивал огонёк – живой, искристый, немного дерзкий. Тот самый дух авантюризма, что всегда был близок моему сердцу. И мне хотелось лишь одного – узнать её ближе, подружиться, открыть настоящую. А что будет дальше – одному Богу известно.
Дело в том, что я твердо убежден: самые важные повороты в нашей судьбе происходят по Высшей воле. Особенно тогда, когда мы доверяем внутреннему руководству – тихому голосу интуиции, подсказкам души. В такие моменты эго, стремление все просчитать и собственные желания отступают на второй план. Мы перестаем бороться с течением жизни и позволяем ей вести нас своим путем. И если чему-то суждено случиться, оно обязательно случится, независимо от того, хотим мы этого или нет. Поэтому лучше расслабиться, жить легко и играючи, принимая каждый новый день таким, какой он есть. И будь, что будет. Мой долг и желание – сделать следующий шаг. А результат уже в руках Всевышнего.
И кто знает, зачем пересеклись наши пути? Зачем мне приснился тот сон, после которого я уже не мог пройти мимо? Может, она и правда станет прообразом героини моей книги? А может, за всем этим скрывается нечто большее?
Или же всё останется как есть: просто девушка с грустным лицом, татуировкой бабочки на шее и часто меняющимися образами. Будем иногда пересекаться, здороваться, обмениваться парой слов – и расходиться каждый своей дорогой. Зависит ли это от нас? Или всё уже давно решено за нас? Как в стихе Омара Хайяма – одного из моих самых любимых мудрецов:
…Смертный, полный гордыни, ты просто смешон!
Ты для каждого шага находишь причину –
Между тем он давно в небесах предрешен.
Я не знаю, так ли это. Но знаю точно одно: нужно учиться чаще поступать по велению сердца. Не из бурных эмоций и зашкаливающих гормонов, не из холодной логики ума, а из тихого голоса, идущего из самой души.
Но, как минимум, она уже вдохновила меня написать эти строки и вернуться к любимому хобби – свободному выражению мыслей в простой и искренней прозе.
Теперь осталось лишь одно – понять, что она думает обо всём этом. И захочет ли хоть немного приоткрыть ту завесу, за которой скрывается ее уникальный внутренний мир – тот самый, что так ярко проявляется в переменчивой внешности, взгляде, жестах, в ее манере молчать, грустить и говорить…
А будет ли продолжение? Сомнения…
У меня было несколько вариантов развития событий. Я мог бы красиво, но фальшиво, разыграть роль и попытаться соблазнить эту девушку, чтобы потом описать романтическую линию. Но поступить так было бы подло и могло больно ранить ее сердце. А мои правила игры уже давно не позволяют так относиться к людям.
Я решил быть предельно искренним – дать ей прочесть только что написанный текст и рассказать о возникшем желании сделать её прообразом героини книги. Конечно, нужно было постараться вызвать у неё дополнительный интерес. И именно так я хотел продолжить эту игру.
После нескольких комплиментов по поводу её нового образа я написал ей сообщение:
– «Алина, а насколько силён твой дух авантюризма? Как думаешь?»
– «На все тысячу процентов! Я всегда рада новым приключениям…», – незамедлительно ответила она.
– «Понял тебя. Пришла мне в голову одна интересная идея. Если решусь и сложу пазлы, то обязательно поделюсь вечером».
– «Заинтриговал… буду ждать…»
До конца рабочего дня оставался час. Я спокойно закончил все дела и, как обычно, заварил чашку ароматного чая «Масала» с молоком – пряного и тёплого. Он помогал мне сосредоточиться и одновременно расслабиться.
Откинувшись на спинку кресла, я на мгновение отключился от внешнего мира. А стоит ли вообще так поступать? Ввязываться в эту авантюру? Поймёт ли она меня правильно? Не обидится ли? А может, наоборот, это польстит и обрадует её?, – вопросы крутились в моей голове.
Сомнения возникали сами собой, плавно сменяя друг друга, словно волны, накатывая и откатываясь обратно вглубь сознания. Волнение то нарастало, то уходило. Пока что мне нравились эти качели – они помогали раскачать ум, застрявший в привычных шаблонах.
Погрузившись в ситуацию, я почувствовал, как организм отозвался выбросом адреналина. Подняв руку, я заметил, как дрожат пальцы – не от холода, а от внутреннего волнения, от нахлынувших эмоций. Все внутри кипело. Острота переживаний захватила меня, и я понял: пути назад нет. Я знал – лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть. Решение было принято.
Нажав на клавиатуре «Ctrl+P», я отправил на печать несколько страниц текста с набросками сюжета. Чувство новизны переполняло меня – никогда раньше я не поступал подобным образом.
И вдруг на третьей странице принтер, исправно работавший месяцами, впервые «зажевал» бумагу. Как так? Он же ежедневно печатает десятки страниц без единой осечки. Просто совпадение? Или…? – пронеслись мысли в моей голове.
Я был озадачен. Может, это проверка – насколько я уверен в своём решении? Или знак: ещё не время? А может, и вовсе не стоит этого делать?
Я не выдержал и нервно рассмеялся, слегка разрядив напряжение. Коллега помог вытащить две застрявшие страницы. Всё-таки я довёл печать до конца. Сложив страницы в файл, я аккуратно согнул их пополам и решил: отдам ей сегодня, по дороге домой. Почему-то я был уверен, что её это заинтересует. А иначе и не могло быть! Если бы ее подобное не зацепило, то это был бы точно весьма тяжелый случай и тогда не было бы смысла ввязываться в эту авантюру.
Она вошла в автобус, когда я уже сидел внутри и непринужденно беседовал с другом, только что вернувшимся из отпуска. Я взглянул на нее, наши глаза встретились. По выражению ее лица я сразу понял: сейчас не время, лучше не подходить. Пространство вокруг нее будто искрило, было напряженным, словно наэлектризованным. Заканчивался последний рабочий день недели, и я без труда распознал в её взгляде сильную усталость.
Опыт работы в смешанных коллективах давно научил меня читать такие сигналы – уставший женский взгляд и всё, что за ним может последовать. Обычно я воспринимал это спокойно, даже отстраненно. Но в этот раз было иначе. Впервые я почувствовал нечто вроде душевной боли, тихое сопереживание, которое трудно было игнорировать. Психологи называют это эмпатией – чувством, которое часто формируется у тех, кто и сам в прошлом испытал немало боли, сумел её принять, проработать и теперь с открытым сердцем воспринимает мир.
Но я был на сто процентов уверен: она не в духе, ее что-то тревожит, и вряд ли мой посыл был бы понят правильно. На волне негативных эмоций она могла бы отправить меня куда подальше – всерьез и надолго, туда, где мне совсем не хочется быть…
Я решил подождать – но не просто выжидать, а заодно проверить ее слова насчет «1000% духа авантюризма». Я знал, что на деле означают эти слова, не раз сталкиваясь с подобными людьми. Будь он у неё на самом деле, она бы из-под земли достала меня из интереса к тому, что я хотел ей предложить. Это добавляло остроты ожиданию.
Да, я прекрасно понимал: даже если она не решится его проявить, я в любом случае выжду несколько дней и сделаю следующий шаг сам. Я просто не мог допустить столь скорого окончания этой истории, которая так интересно началась и не должна была так глупо закончиться.
Но дух авантюризма не проявился. Не было и случайной встречи для прямого общения. Возможно, ей было просто не до этого. Я не знал детали и мог только строить догадки.
Тем не менее я решил немного выждать, надеясь на встречу в выходные где-нибудь в городке. Я мог бы и написать, но у меня есть привычка решать важные вопросы лицом к лицу, с возможностью взглянуть человеку в глаза. Писать – только в самом крайнем случае.
Летний ливень и простые радости жизни
Жаркий и влажный июнь приближался к концу. В Бангладеш в это время – сезон муссонных дождей. Чаще всего это кратковременные, но обильные ливни. Очень тёплые и под ними, при желании, можно с удовольствием прогуляться, вспомнив беззаботные годы детства.
В то далёкое время прогулка под летним дождём всегда дарила массу ярких эмоций. Но мы повзрослели, и теперь у нас совсем другие, «взрослые» удовольствия. А внутренний ребёнок – неотъемлемая, но забытая часть нашей личности – плачет, страдает и мучается от того, что его оставили без внимания. Всё бы ничего, но это лишает нас настоящих радостей и глубинного ощущения счастья.
Мы разучились радоваться простым вещам – вернее, нас словно целенаправленно подсадили на другое. Общество потребления заставило нас искать счастье совсем в другом. Теперь нам подавай айфоны, алкоголь, сериалы, горы вещей и отупляющую «ленту» с видосиками. Все это дает лишь краткий суррогат радости, ненадолго заглушая внутреннюю пустоту, но в итоге лишь усиливая её в разы.
Мы постепенно забыли, каково это – получать удовольствие от теплого разговора с другом, от запаха свежего хлеба, от прогулки под дождем или от рассвета, встреченного с радостью и блеском в глазах. Эти радости не продаются и не требуют лайков, их нельзя упаковать в коробку или подписать логотипом. Они слишком просты и бесплатны и поэтому невыгодны для тех, кто зарабатывает на наших слабостях.
Мы превратились в идеальных потребителей в обществе, сошедшем с ума от жажды потребления. Покупай, потребляй – и… умри на куче барахла, обменивай жизнь на вещи – именно этому во многом учит современный мир потребления. И мы, сами того не замечая, втягиваемся в эту гонку – за новым гаджетом, за «идеальным» образом жизни, за одобрением чужих глаз. А пока гонимся за этими суррогатами счастья, пустота внутри только растёт, внутренний мир деградирует, а годы уходят безвозвратно…
Простые, живые радости давно перестали нас волновать. И это, пожалуй, самая горькая правда о взрослении и о взрослой жизни. Поэтому иногда так полезно остановиться и задать себе вопрос: «А когда я в последний раз искренне радовался чему-то простому и бесплатному?»
Да, ежедневная работа и борьба за место под солнцем могут истощать, делать нас тревожными, зашоренными и даже черствыми. Но ведь всегда находятся люди, которые в тех же обстоятельствах не только сохраняют, но и умножают любовь к жизни, энтузиазм и радость от каждого дня. Значит, дело часто не в самой работе и жизни как таковой, а в нашем отношении к ней, в точках опоры, целях и образе жизни. Таких людей я встречал много раз – и каждый раз они напоминали, что внутренний свет можно беречь и приумножать, даже если вокруг шторм и мрак. Мне очень хочется быть одним из них, хотя иногда кажется, что путь к этой цели еще долгий: слишком часто я уходил от нее в разные стороны. Но чем яснее я понимаю, к чему стремлюсь, тем крепче желание идти дальше – и тем легче становится дорога, а жизнь все более наполненной и интересной.
В эти выходные как раз был один из тех дней, когда сильные тропические ливни шли один за другим, лишь на некоторое время беря перерыв. А затем вновь небо взрывалось дождем и громом с новой силой. Я сидел на балконе и смотрел на миллионы тяжелых капель падающих с неба, затянутого плотными темно-синими облаками. Шум дождя успокоил не умолкающий ни на мгновение внутренний диалог. Неторопливое созерцание происходящего приносило глубокое, почти медитативное удовольствие.
Когда начинался очередной ливень, на улице было много людей, но в считанные секунды все разбежались в дома и под навесы. Кроме нескольких человек, жаривших шашлыки на мангальной зоне неподалеку. Было видно, что они уже немного «навеселе» и, спасая вожделенный шашлык от дождя, держали тент над мангалом. Они смеялись и во все горло пели песню Виктора Цоя «Звезда по имени Солнце» играющей из колонки, спрятанной от дождя под столом. Здесь и раньше нередко устраивали такие импровизированные концерты по выходным, но чтобы под аккомпанемент настоящего ливня – такое я видел впервые.
Эта забавная картина развеселила меня, и в убаюканном дождем уме всплыла мысль: «А почему бы и нет?». На лице сразу же появилась довольная улыбка. Надев шорты, футболку, легкие сланцы и кепку, чтобы дождь не заливал глаза, я вышел на улицу.
Какой же это был кайф! Внутренний ребенок просто закричал от восторга, когда тёплый ливень начал барабанить тяжёлыми каплями по телу. Я снял сланцы и пошёл босиком по лужам, которые были уже по щиколотку и местами превращались в небольшие бурные реки. Я полностью отдался ощущениям: по телу расходилась легкость, в груди было тепло, легко и радостно. Я был поражён: подобного наслаждения не испытывал давно, даже от более мощных стимулов. Вот что делает выход за рамки привычного. И это был вовсе не инфантилизм, а осознанный взрослый поступок с полным безразличием к тому, что об этом полностью безобидном поведении подумают другие.
Пройдя мимо ребят, горланящих песни и спасающих свой шашлык, я помахал им рукой и показал в знак одобрения два больших пальца. Они громко рассмеялись и крикнули вслед: «Красава, братуха!». Наш эмоциональный обмен еще больше усилил радость от этого простого, бесплатного, но такого сильного удовольствия.
Минут через 15 дождь закончился и выглянуло солнце. Стало невероятно душно и жарко. Вдоволь нагулявшись, я неспешно пошел домой. Принял горячий душ, заварил целый чайник чая «Масала» с имбирем и медом, удобно устроившись в мягком кресле, расслабился и просто наслаждался жизнью.
«Бабочку» я так и не встретил за выходные и решил пока продолжить плыть по течению и посмотреть, как дальше будет развиваться ситуация. Я надеялся что, она хорошо отдохнет и будет в бодром и добром расположении духа. А если нет… то, наверное, лучше не связываться и не ввязываться в эту авантюру – пока не время и не место. Интрига сохранялась…
Тот самый крайний случай
Выходные пролетели, словно резкий удар молнии во время вчерашней грозы. Я сидел за рабочим столом в офисе, попивая бодрящий утренний кофе. По устоявшейся традиции – крепкий зерновой кофе с молоком, щепоткой корицы, кардамона и ванили.
Кофе я пил редко – раз, максимум два в неделю. Такой подход не давал выработаться толерантности, не превращал удовольствие в рутину. Обычная чашка становилась небольшим праздником, а не будничной необходимостью или зависимостью. Нельзя то, что нравится, делать обыденным – иначе оно потеряет вкус, став просто привычкой.
Сделав несколько глотков, я почувствовал, будто улетаю в космос – настолько силён был бодрящий эффект.
С Алиной мы хоть и пересеклись утром, но я даже не стал подходить. Похоже, выходных ей оказалось мало для восстановления – она выглядела напряженной, и даже на расстоянии ощущался её тяжёлый эмоциональный фон.
Что же с ней происходит? Что ее так беспокоит? – невольно спросил я себя.
Я отнесся к этому с пониманием и не стал докучать болтовней. Позволил себе лишь легко и шутливо ущипнуть её за талию, когда мы скопились у входа в автобус. Она вздрогнула от неожиданности – ей это явно не понравилось, – но, не проявив эмоций, молча зашла внутрь и села на переднее сиденье.
И вот настал тот самый крайний случай, когда я решил перейти к переписке. Не сдержавшись, я написал ей. Мне нужно было окончательно прояснить один важный вопрос.
– “Слушай, мне однажды показалось, что я видел сзади на твоей шее татуировку бабочки. Мне не показалось? Это действительно она?” – быстро набрав текст, я отправил сообщение, решив продолжить эту игру.
– “Да, есть такая. Ошибки молодости…” – ответила она.
– “Ну, ошибка – это да, согласен… Но в этом есть своя изюминка. А что, если я скажу, что видел такую тату на похожей на тебя девушке в одном из своих снов, еще до того, как мы познакомились?..”
– “Я, скорее всего, тебе не поверю.”
– “Хм, а зря. Это было в самолёте, когда я летел в Бангладеш… Расскажешь потом, зачем и когда ты её сделала?”
– “Возможно…” – неоднозначно ответила она.
Про себя же я подумал, что она обязательно расскажет.
Этой ночью я поспал часа два. Вечером сглупил и выпил в кофейне стаканчик кофе с другом и это обеспечило мне практически целую ночь размышлений о смысле бытия. Чувствовал себя тоже не лучшим образом, хоть и старался держать лицо и сохранять внутренний настрой.
В обед я зачем-то подсел к ней в автобусе, хотя не был настроен на разговор. Просто хотелось закрыть некий гештальт и двинуться дальше. Она сидела в наушниках. Я, наверное, чуть резковато попросил её их вынуть, чтобы можно было нормально поговорить. Но она, конечно же, в ответ на мой тон, заняла оборонительную позицию и отказалась. Настаивать я не стал – считаю неуважением к собеседнику, когда во время общения кто-то остаётся в наушниках или утыкается в телефон. Кроме того, общаться нужно только там, где есть взаимный проявленный интерес. Это неизменное для меня правило.
Ее плохое настроение плюс мое, сделали свое. Минус на минус дал свой результат – общение не задалось, но интерес все же сохранился. Меня зацепило желание распутать этот клубок противоречий, понять, что за ним скрывается. Когда рутина становится слишком скучной, иногда увлекает и такое.
Да, тогда она меня слегка выбесила, а я, конечно, её тоже. Сначала подумал: «Всё – занавес, расходимся. Кина не будет». Но, как ни странно, после этого стало даже любопытнее, чем прежде.
Пока мы сидели, надув щеки и наиграно отвернув лица друг от друга, я, задумался о причинах такой повсеместной обоюдной холодности (отмороженности). Все было просто: мы, современные люди, часто настолько много накапливаем стресса и такие уставшие от работы и нездорового образа жизни, что едва можем построить здоровое общение. Для полноценного общения нужна расслабленность и доброе расположение духа, а не внутренний напряг и зашоренность.
Глубокое, теплое и искреннее общение требует не только времени, но и много внутреннего ресурса, способности отдавать внимание, эмоции, делиться радостью. Когда человек от работы полностью «выжатый», сил уже хватает только на бытовые фразы или механическую переписку в телефоне. А для настоящего разговора нужно, чтобы внутри было пространство – легкость, интерес и открытость. В общем пока человек в стрессе, он неспособен на здоровое общение и нормальные отношения ни с окружающими, ни с самим собой. И тут, увы, без вариантов – включаются совершенно другие механизмы работы нашего организма. Дело не в плохом характере или какой-то нашей внутренней неполноценности, это вопрос физиологии. Запускается режим «выживания», а не режим «жизни».
Ближе к концу дня, я всё-таки отправил ей свои наброски. Иначе и не мог: это была небольшая, но очень важная для меня благодарность за то вдохновение, которое она так неожиданно, и точно совсем неслучайно, во мне пробудила.
Эта история вполне могла бы не получить продолжения. Мы играли в молчанку, делая вид, будто не замечаем друг друга. Я мыслями уже был в отпуске, устав от работы и не предпринимая никаких шагов на встречу. Даже решил: буду писать о том, что есть, если появится настоящее развитие, или возьму события из прошлого и вплету их в сюжет. Или вообще забью на всю эту затею…
Но всё же, если быть искренним с самим собой, я не хотел так просто поставить точку в истории о девушке с татуировкой бабочки – той, которая, пока я думал и писал о ней, становилась всё ближе и всё глубже проникала в самое сердце.
Встреча субботним утром
Всю неделю мы не разговаривали, будто играли в немую игру: я делал вид, что не замечаю её, она – тоже ходила с гордо поднятой головой. И это при том, что мы всё же пересекались по нескольку раз в день. Лишь пару раз наши взгляды встретились в прямом контакте: мы обменялись коротким кивком и лёгкой улыбкой, словно молча признавая сам факт существования друг друга, – и тут же разошлись дальше по своим делам. Но наши взгляды задержались гораздо дольше, чем обычно, и я почти сразу уловил: в ее глазах и выражении лица появилось что-то новое, едва уловимое. Мне понравились эти перемены. Теперь я точно знал – ее зацепила история и она не знала, что с этим делать, пыталась осмыслить и ждала от меня шаг навстречу.
Тем не менее, даже мимолётного взгляда на неё – или просто мысли о ней – мне хватало для новой порции вдохновения. Я не знал, что будет дальше, и просто отпустил ситуацию, став сторонним наблюдателем в нашей с ней игре.
Так между работой, тренировками и прогулками незаметно промчалась неделя. Я готовился к отпуску и был занят работой и различными мелкими делами. Лишь однажды эта девушка, столь неповторимая и таинственная, задела меня по-настоящему, тонко попав в самую причину начала моего интереса к ней.
В один из дней она пришла с волосами, собранными заколкой, и зайдя в автобус, села на сидении впереди меня.. Ее тонкая шея была открыта, а бабочка на ней – словно живая – казалось, вот-вот взлетит, вспорхнёт и озарит серое пространство вокруг. Она словно играла со мной, уже точно зная, за что меня можно зацепить.
Выходя, я остановился на несколько секунд, глядя прямо на эту девушку. Она заметила мой задержавшийся на ней взгляд и словно ответив взаимностью, игриво улыбнулась. Мозг отреагировал мгновенно, выбросив в организм целый букет эмоций – энтузиазма и радости. Такая мелочь, а воодушевила на целый день. И правда – жизнь состоит из мелочей, если уметь их замечать. Совсем недавно я бы просто прошел мимо и не обратил никакого внимания. Теперь все было иначе…
Следующие несколько дней она продолжала дразнить меня – вновь и вновь приходя с заколотыми сзади волосами. Я пытался делать вид, что мне все равно, я ничего не замечаю, но на самом деле все было далеко не так.
Неделя промчалась. Настало утро субботы. Погода была пасмурной: полный штиль, жара и невероятная влажность превращали всё вокруг в большую сауну. Пели птицы, вдали доносились сигналы транспорта. Люди неспешно шли по своим делам. На спортивной площадке занимались несколько атлетов. На корте рядом парень с девушкой в коротенькой юбочке учились играть в теннис – принимали несложные подачи, потом бегали, собирая мячи, разбросанные по всей площадке и даже за её пределами. Кто-то гулял, бегал или катался на роликах. Всё шло своим чередом, и наша планета с суетящимися на ней человечками продолжала путь сквозь холодную бесконечность Вселенной…
И вот, выйдя на прогулку, мы всё-таки встретились возле нашего дома.
Вместо приветствия она рубанула с плеча:
– И долго мы ещё будем хранить молчание? – сказала она хоть и игриво, но с упреком в голосе, явно намекая на меня. Как будто это только я играл в эту игру.
Меня всегда удивляла эта черта многих девушек – делать виноватым другого и хитростью вынудить извиняться там, где стоило бы ей. Но я был в хорошем настроении и, вместо ответа, задал встречный вопрос:
– Ну, для начала – привет! И… как интересно: разве уже есть некие «мы»? – с улыбкой спросил я, сделав ударение на последнем слове.
– Ну ладно, тогда не «мы», а «ты»! – сказала она прямо, сделав серьезное и наигранно-обиженное лицо.
Я не выдержал и рассмеялся. К моей радости, она, хоть и сдержанно, рассмеялась тоже. Всё напряжение между нами тут же растворилось, словно туман под лучами солнца.
– Ты мне лучше скажи: прочитала то, что я прислал? Этот вопрос не отпускал меня всю неделю, а ты ничего не написала.
– Ну, ты же сам сказал, что любишь решать вопросы, глядя в лицо, а не по переписке. Вот поэтому и не писала. Хотела поговорить при встрече, а ты словно перестал меня замечать.
М-да, девушка с характером. И снова я виноват. А мне, кажется, всё равно, – промелькнуло в голове. Впрочем, я отлично понимал: она играет со мной, хитрит, пытается навязать свои правила.
– Ну, так что скажешь? – сгорая от нетерпения, спросил я.
– Если честно, я не отвечала, потому что много работы. Я правда сильно устаю и не хотела опять всё испортить своим негативом… – Она чуть смутилась, но продолжила: – Знаешь, а история и идея мне очень понравились. Правда. У тебя талант и свой стиль. Ты так чутко описал меня, мои образы, моё состояние… И мне польстило такое внимание и то, что я – героиня в книге, которую ты пишешь и начало такое интересное. Ну что ж, я согласна нырнуть с головой в эту историю. А дальше то что?
Как же было приятно, даже важно, услышать это от неё. Я жаждал продолжения.
– Твои слова – словно бальзам на душу. Окрыляют. А дальше… давай встретимся. Я хочу узнать о тебе всё. Ну, почти всё. Максимум того, что ты готова будешь открыть.
– На всё и не надейся! – усмехнулась она. – А так – я согласна. Когда и где?
– Скажи, ты ешь сладкое и пьешь кофе после девяти вечера?
– Обычно – нет… – незамедлительно ответила она.
– И я тоже. Думаю, один вечер можно сделать исключением. Согласна?
– Я подумаю… – сказала она с задумчивым лицом.
– В смысле?!
– Да шучу. Конечно, согласна! Не могу такое пропустить. Я ведь говорила – я настоящая авантюристка.
– Да, я это сразу увидел в твоих глазах. Ну, а твоя бабочка стала подтверждением. Просто так такие тату не появляются. Приходи. И будь готова – это может изменить твою жизнь на «до» и «после», – подытожил я загадочным тоном.
– Заинтриговал… Мне аж страшно теперь… Во сколько и где?
– Можешь быть спокойна! Я только с благими намерениями. Встречаемся в 22:00 на 20-м этаже, на крыше. С меня – кофе и вкусняшки, с тебя – легкое настроение. Дресс-код – спортивный. Хочу, чтобы ты чувствовала себя свободно.
Мы попрощались и разошлись. До вечера оставалось еще много времени. По сложившемуся ритуалу, я успел прогуляться 10 км вокруг городка и позаниматься на тренажерной площадке. Это взбодрило, зарядило позитивом, сожгло гормоны стресса. К вечеру мой настрой был спокойным, добрым и романтичным. Я ждал и предвкушал эту встречу, думал о ней, прокручивал в голове возможные сценарии. Наслаждался ожиданием и испытывал легкое, приятное волнение в груди. Всё было возможно этой ночью.
Вечер на крыше дома
То, что произойдет дальше, удивило даже меня…
В 21:30 я вышел из дома, прихватив коробку конфет «Ферреро Роше», недавно привезенных из Малайзии – на особый случай для особой девушки. Зайдя в кофейню неподалеку, заказал два кофе на вынос: один с молоком и сахаром для себя, другой – с молоком, но без сахара для неё. Алина говорила, что следит за фигурой и старается меньше есть сахар. Ну, фигура у неё и правда была что надо – стройная, с мягкими и плавными линиями, тонкой талией. Мне даже казалось: пара дополнительных килограммов сделали бы её ещё женственнее.
Купив кофе, я направился обратно. Зашёл в лифт, нажал кнопку «19», и кабина медленно понесла меня с нулевого этажа туда, где, возможно, ждало нечто по-настоящему интересное.
Сердце билось чаще. По телу пробежала волна – то ли тепла, то ли холода, чувства перемешались. Я одновременно волновался и радовался. Но в голове не осталось и тени сомнений. Я твёрдо знал: хочу продолжения. Нет, жаждал его. Предвкушал.
В уме сами собой возникали строки, целые абзацы, сцены, где мы вдвоем. И почему-то я ни на секунду не сомневался: она придёт, несмотря на всю свою переменчивость. Она не могла поступить иначе. Ведь такое случается раз в жизни – и только с теми, кто обладает особой харизмой и только при подобном невероятном стечении обстоятельств.
Пока я ждал её на верхнем этаже, в моей голове созрело твёрдое решение: что бы ни случилось, всё будет по-настоящему. Я сделаю всё, чтобы не ранить её чувства и развеять грусть в её глазах. Я был уверен, что смогу помочь ей снова научиться радоваться, сделать её хотя бы чуточку счастливее. Я чувствовал – ей это нужно
Когда-то добрые люди вытаскивали меня из подобных состояний. Теперь настала моя очередь вернуть миру то, что он когда-то дал мне.
И каково же будет моё удивление, когда всего через несколько дней, в последний вечер перед моим отпуском, она сама обратится ко мне с похожей просьбой…
И вот она пришла. Лёгкая, к моему удивлению – радостная, такая нежная. Волосы распущены. Аккуратно уложены. Блестят в свете фонарей. На ней – чёрные спортивные штаны и приталенная футболка. А в глазах – огонёк. Та самая озорная искра, которую я однажды в ней заметил и которая так меня зацепила. В какой-то момент мне даже стало казаться, что я её выдумал и просто принял желаемое за действительное. Но я всё-таки был прав — в ее глазах был этот огонек…
Мы стояли на крыше, облокотившись о бетонные ограждения. Пили кофе, ели конфеты из коробки, похожей на произведение искусства. Разговор тек спокойно и неторопливо – словно мы знали друг друга уже достаточно давно. Я задавал вопросы о ней, её жизни, немного рассказывал о себе. Видел, как она поначалу была немного напряжена. Но через минут 20-30 расслабилась и начала открываться. Я впервые увидел, как она искренне улыбается – открыто и естественно.
Во время легкого и непринужденного разговора, мы вспоминали беззаботное детство и бесшабашную юность. Любимые всеми детьми летние каникулы. Как мы научились плавать и впервые побывали на море. Потом быстро пробежались по студенческим годам, которые когда-то казались бесконечными, а настоящая взрослая жизнь столь далекой. И даже немного коснулись взрослой жизни, где, как мы оба согласились, рухнули почти все наши ожидания. Всё, о чём твердили учителя и родители, о чём мы видели в кино, произошло совсем иначе. Школа жизни оказалась куда суровее прежних наставников.
Но именно она, извилистыми тропами и неожиданными поворотами, привела нас сюда – на крышу двадцатиэтажки, где-то далеко от родного дома, в чужой стране. И в этом оказалась её удивительная прелесть: всё происходит куда интереснее и красочнее, гораздо ярче того, чего мы от неё ожидаем. А происходит это тогда, когда доверяешься течению жизни, принимаешь ее, переставая строить иллюзии и ложные ожидания.
Лёгкие дуновения теплого влажного ветра ласкали нас, словно нежные прикосновения мягких заботливых рук. Тусклый свет далеких фонарей, освещавших городок, наполнял пространство легкой романтической атмосферой. Фоном из колонки, которую я принёс, звучала песня группы «Дабро» – простая, романтичная, в унисон вечеру.
После всего произошедшего в последние дни и недели, и особенно благодаря искреннему разговору о нашем прошлом, мы становились совсем не безразличными друг другу людьми.
Ее нежный взгляд, мелодичный голос, легкость настроения, развевающиеся на ветру волосы – всё это гипнотизировало. Я чувствовал, как стремительно иду ко дну…
Меня еще сводила с ума одна её привычка: когда я обращался к ней по имени, она вместо «Что?» отвечала протяжным, слегка дразнящим «Ууууууу?!».
Это вызывало у меня не столько радость, сколько… лёгкое возбуждение. Как же мне это нравилось.
– Алина? – обратился я к ней.
– Ууууууу? – протянула она в своём стиле, поднимая на меня взгляд и уже зная, что меня это заводит.
– А ты любишь путешествовать?
– Знаешь, Марк, я бы хотела побывать в разных странах, – ответила она протяжно, бросив на меня свой соблазнительный полный нежности взгляд. – Посмотреть на этот удивительный мир с разных сторон.
Я давно понял: в путешествии важнее не «куда», а «с кем». Лучше ехать одному, чем с неподходящими людьми. Но если рядом тот, кто тебе по-настоящему приятен и близок – даже самые простые места наполняются красками. Часто не сами места дарят нам впечатления, а люди, с которыми мы разделяем эмоции и мгновения.
Эта девушка очаровала меня. Я с радостью посмотрел бы с ней мир – несмотря на все наши, казалось бы, неразрешимые различия. Разделил бы каждый новый день, каждую эмоцию, каждый шаг в незнакомом месте и вкус блюд, которые мы никогда раньше не пробовали.
Почувствовав момент, я молча, медленно подошёл к ней сзади и очень нежно, осторожно, словно боясь спугнуть, обнял за талию. Она не отстранилась – наоборот, поддалась моему порыву. Слегка повернула голову, и я увидел: она нежно и искренне улыбается. И какой же красивой оказалась ее улыбка. Я понял: ей приятно. Она мне доверяет. Волна сладкого предвкушения захлестнула меня.
Фоном звучали лирические, немного грустные мотивы песни группы «Дабро»:
Тебе лучше меня не знать,
А мне лучше сейчас уйти.
Ведь так просто любовь сломать,
И так сложно её спасти…
Я молча и нежно взял её за руку, приглашая к медленному танцу. И… мир вокруг исчез. Для нас перестало существовать всё – кроме тусклого света фонарей, лёгкого ветерка, этой песни и двух сердец, бьющихся в такт. Мы закружились в медленном танце, погружаясь в то удивительное состояние, когда забываешь обо всём и полностью отдаёшься инстинктам, бурному течению жизни: неси нас, куда пожелаешь, мы целиком в твоих руках.
– Я бы тоже хотел побывать во многих странах… – прошептал я ей на ухо, вложив в голос всю нежность. – Но вместе с тобой. И только с тобой.
Я сразу почувствовал, как участилось ее дыхание. Я смотрел на нее, вдыхал аромат ее мягких, пахнущих солнцем и утренней свежестью волос. Мы стояли напротив друг друга, и её взгляд – глубокий, пылающий – резко, но сладко, бил мне прямо в сердце.
Я потянулся к ней. Она потянулась ко мне. Где-то на краю сознания мой разум пытался шептать, почти умолять из последних сил: «Не делай этого… Не переступай черту. Она не для тебя…»
Но у нас не было шансов этим вечером. Совсем. Будь что будет.
Наш поцелуй был нежным и недолгим, но с ароматом кофе и сладким вкусом «Рафаэлло».
Неожиданный поворот, – подумал я, чувствуя себя влюбленным подростком. – А ведь я уже почти забил на всё это….
Мы не ушли. Остались в объятиях друг друга ещё на пару часов, не спеша, наслаждаясь каждым сладостным мгновением – теми, что бывают так редко, но так нужны и дороги в нашей, увы, часто такой бесцветной и довольно жесткой современной жизни. Их нужно вкусить сполна, отдавшись чувствам без сожалений.
Я думал, что смогу поиграть с судьбой, наивно считая себя опытным игроком. Что не позволю себе влюбиться в эту девушку или даже в её образ, который ум нарисовал в голове. Ведь мы, как правило влюблаемся в вымышленый образ человека, в иллюзий, а не в реалность. Но судьба переиграла меня вчистую.
Будь как будет. Всё будет так, как должно быть, – повторял я про себя, пока мы прощались в лифте, везущем нас вниз – туда, где с восходом солнца начнется реальная жизнь. Та, что уже не будет прежней. Ни для меня. Ни для нее. А может, и для тех самых «нас», о которых она так невзначай обмолвилась утром.
А что будет дальше?
Когда я вернулся в свою комнату, было уже около двух ночи. После такого невероятного вечера я решил продолжить писать – настроение сохранялось подходящим. В груди было тепло, нет, даже жарко, и сладкое послевкусие все еще не отпускало. Но, немного спустившись с небес на землю, я понял: самый лучший сюжет – тот, который мы напишем вместе с ней, нашей собственной жизнью.
Мне не хотелось драмы, предательств и интриг – этого и без нас достаточно вокруг, да и в прошлом имело место быть в жизни каждого из нас. Ведь мы давно уже не наивные подростки в розовых очках.
Хочется другого: человечности, чистоты помыслов, добра и простой взаимности. И совсем неважно, что будет потом. Вот о чём я хочу писать. Проживать и иметь в своей жизни. Будет либо так, либо вообще никак. Но готов ли я? Готова ли она? Хватит ли нам чистоты наших сердец?
Нам сразу стало так легко. Мы ничего друг от друга не ждали и не требовали. Я прекрасно понимал, что влюбленность скоро пройдёт, вряд ли перерастет в нечто более серьёзное. Контракт через год, может, чуть позже, закончится, и мы, скорее всего, разъедемся, каждый в свой собственный мир, в котором может не оказаться места для “нас”. Вернемся домой, а может и на другой проект в еще одну далекую и чужую страну. И заживём своей жизнью, вспоминая друг друга как одно из самых ярких событий, которое ведь все-таки могло же перерасти во что-то большее. Но, увы стало лишь воспоминанием.
Мне было немного больно это осознавать. Скорее всего, и ей тоже. Она была уже не шестнадцатилетней наивной девчонкой, а девушкой, которая точно многое видела и испытала.
А пока мы будем жить тем, что есть. Просто одним днем. Тем, что приносит нам жизнь сегодня. Ничего не ожидая и не требуя. Не пытаясь воспитывать, переделывать, подминать под себя. Мы просто будем жить, дружить, влюбляясь заново при каждой встрече и хорошо проводя время вместе. Понимая, что любой день может стать последним для нашей с ней истории.
Я решил – дальше драмы не будет. Только ровные, добрые, человеческие отношения – исключительно дружеские, с легкой влюбленностью и ноткой романтики. Они бы рухнули вмиг, если бы мы попытались перейти в «серьезные отношения». Вот тогда начались бы претензии, ревность, поиск изъянов, тонкие, а порой и настойчивые попытки переделать друг друга – не из злого умысла, а из желания подогнать под собственные представления о «правильном», подстроить под себя. Ведь эгоизм – один из наших главных врагов – непременно проявился бы во всей своей тёмной красе.
И вот, что я наивно думаю:
А что, если бы ту самую безусловность – без требований, ожиданий и претензий – можно было перенести в семейную жизнь? Если бы люди оставались собой, позволяя другому быть собой – не поучая, не переделывая? Сколько бы судеб и семей уцелело? Ведь ещё никто и никогда не смог изменить другого претензиями, нравоучениями и обидами. Так зачем же мы пилим сук, на котором сидим?
Ох уж эта гордыня! Хочу, чтобы мир и люди были такими, какими я их себе представляю, соответствовали моим ожиданиям. Да кем это «я» себя возомнило? Творцом вселенной? Разве не похоже это на пограничное расстройство на грани безумия?
Мы ведь не создавали этот мир и не нам диктовать ему то, каким он должен быть. Всё, что нам доступно, – это любовь, принятие и терпение. Мы можем и даже должны попытаться воспитать ближнего, если видим, что он идет к обрыву, ведет себя оскорбительно и недостойно. Но точно не упреками и претензиями. Многие годами стараются так изменить близких – и получают лишь закономерное сопротивление и вражду. И всё равно наступают на одни и те же грабли. То ли мазохисты… то ли просто бараны!
Разве простое принятие не стало бы шагом к настоящей, глубокой, взрослой любви? Не к вспышке страсти, не к подростковой влюблённости, не к борьбе за доминирование, а к тому, что может стать опорой на долгие годы? Возможно ли это в принципе?..
Лично я такого практически не встречал, особенно среди молодых людей, у которых еще нет достаточного опыта и, главное, правильного примера перед глазами. Да будем честны – и среди людей постарше это редкость. Чтобы просто без условий, без попыток переделать. Чтобы искренне, с чистым сердцем. Чтобы принимали и любили не за что-то, а просто так, за сам факт того, что судьба свела их вместе. Чтобы меняли ни кого-то, что почти бесполезно, а в первую очередь себя. Все это – показатели духовной и эмоциональной зрелости, которую при жизни достигают далеко не все.
Для глубоких отношений нужно стать другими. Более эмоционально зрелыми, более мудрыми, более любящими, бесстрашными. Более целостными и гармоничными внутри. Нужно уметь принять и себя, и другого – без условий, со всеми особенностями и странностями. Это почти невозможно без внутренней работы, где материальное ниже духовного, где любовь выше принципов, где желание сохранить отношения (любовь) и найти компромисс важнее любых (эгоистичных) претензий, принципов и капризов.
А способен на это чаще всего лишь тот, кто разгреб тонны ментального хлама в голове. Тот, кто прошёл через собственные лабиринты. Тот, кто пробился сквозь душевную боль и одиночество, сумев принять, прожить и рассеять светом осознанности свою тьму. Тот, кто совершил титаническую работу над собой и приручил свой животный эгоизм.
Вот они – да. Такие люди смогут любить по-настоящему. Но сможем ли мы стать такими? Однозначно – да. Это под силу каждому. Но вопрос – когда? Так уж получается, что мы зачастую набираемся опыта только с возрастом и на развалинах, которые сами же и создали по неведению.
А пока я настолько разочарован в «серьёзных отношениях» в современном мире, что внутри возникает сопротивление при одной лишь мысли о них. Увы, это реальность, в которой мы живём, и её нужно принять, хоть порой это и сложно. Но это ещё и урок, который можно и нужно выучить, очистив своё сердце и душу от деструктивных шаблонов поведения, заложенных в наши прекрасные головы системой – или даже матрицей – вокруг нас. И это под силу каждому, кто поставит перед собой такую цель. Наведя порядок внутри, человек сможет увидеть в партнёре не источник жизни и счастья, а гостя в уже обустроенном доме своей души и большом, полном любви сердце. Лично я другого пути не вижу…
Поэтому – живём сейчас тем, что есть. И будь что будет! А завтра нам уже есть о чём поговорить…
Ужин в кафе и неожиданная просьба
Мне оставался всего один день до отпуска. Спустя год работы я наконец-то уезжал домой и должен был вернуться лишь через полтора месяца. Усталость накопилась, в голове царил хаос, и я отчаянно хотел замедлиться, прийти в себя. Да, за последние месяцы я больше недели провёл в Индии, дней десять – в Малайзии, ещё неделю отдыхал на НГ на берегу индийского океана. Эти поездки подарили впечатления, но лишь усугубили сумятицу в моей голове. Я знал: сейчас мне нужен спокойный, медленный отдых где-нибудь в диких местах Крыма, наедине с природой, без интернета и суеты. Но это будет потом, а сейчас…
На следующий день после того вечера на крыше мы почти не общались. Лишь задумчиво улыбнулись друг другу при встрече, словно благодаря за вчерашнее, и вновь утонули в рабочих делах. Чувствовалась какая-то недосказанность.
В последний вечер перед моим вылетом мы встретились в местном кафе. Вокруг звучала музыка, сидели пары, люди в одиночестве, сновали официанты-бенгальцы с подносами.
Заказав разных вкусняшек, мы немного поболтали ни о чём, и Алина, сделав слегка озадаченное лицо, спросила, опередив меня:
– Марк, тебе не кажется, что мы как-то… ммм… резко начали? – её голос был мягким, но прямым.
Самое интересное, что я думал точно так же. Оставался день до отпуска, и я понимал: за полтора месяца может случиться многое. Я не хотел просто отношений, тем более – без обязательств.
– Думаю, да. Надо немного притормозить. Сам не знаю, что на меня вчера нашло… Какой-то древний инстинкт взял верх. Но признаюсь, было здорово. Мне понравилось!.
– О да, вечер был прекрасный! Невероятные эмоции и меня захлестнули с головой. Это, наверное, всё кофе… или конфеты с чем-то… пьянящим. Чем ты меня вчера угощал? У меня до сих пор бабочки в животе.
– Нууу… не только в животе – еще одна, кажется, поселилась у тебя на шее, причем надолго, – пошутил я. – И да, это были волшебные конфеты с эликсиром любви. Я ведь специально для этого их и привёз – покупал в особом магазине, у которого на двери три красных таблички «18+», – рассмеялся я. – А если серьёзно… Давай не будем спешить и всё усложнять. А дальше время покажет…
– Марк… ты мне нравишься. Очень… Но…
– Алина, я всё понимаю. И ты мне тоже очень нравишься, – мягко перебил я, снимая с нее необходимость подбирать слова. – Ты пока не готова к новым отношениям, так же как и я. Сначала нужно отпустить прошлое. Так ведь?
Она замолчала. Несколько секунд сидела в тишине, будто собираясь с духом.
– Ты случайно не экстрасенс? – натянуто улыбнулась она. – Но… у меня есть к тебе просьба. Я не знаю, как правильно это сказать… – её голос стал тише. – Ты ведь всегда такой… радостный. Полный энергии. Как ты это делаешь? Можешь… поделиться секретом?
Я молчал. Это был тот момент, когда нужно дать человеку выговориться.
– Ты же видишь – мне тяжело дается эта работа, также прошлое все еще не отпускает меня, – продолжала она, глядя в пустоту. – И быть так далеко от дома… Я запуталась. Словно хожу по кругу. Будто уперлась в невидимую стену.
Буду честен – я удивился. И, конечно, мне было приятно, что она открылась. Порадовало еще, что она видела во мне радостного и полного энергии человека, хотя это было далеко не так – каждый новый день я вступаю в борьбу со своими слабостями, плохим настроением, ленью и… далеко не всегда побеждаю.
– Знаешь? Ты меня удивила. Не ожидал, – ответил я, хотя внутри что-то тут же насторожилось. Она играет? Или говорит искренне? – промелькнуло у меня в голове. Да какая разница? Вся жизнь – игра. Я абсолютно ничем не рискую.
Это был мой последний вечер перед отпуском, и я решил сразу же чем-то ее озадачить.
– Ты знаешь, в чём основная проблема современных людей? – спросил я.
– Не знаю, никогда не задумывалась.
– Мы живём в постоянном стрессе и годами накапливаем его. Он обесточивает, лишает сил, мотивации, желания жить, строить отношения. Многие пытаются заглушить и снять его алкоголем, покупками, смартфоном, едой, но со временем становится только хуже…
– Да-да, именно так! Практически все вокруг такие… и… я тоже одна из них. – Эмоционально, но с грустью в голосе согласилась она. – Но что делать?
– А ты точно хочешь выбраться из этой глубокой и холодной ямы? – спросил я, намеренно сгустив краски.
– Мечтаю! Я так устала…
– Хочешь, дам пару простых советов, как начать приходить в норму? – наклонился я через стол.
– Ну… смотря что ты придумал, – сказала она, чуть прищурившись.
Я поймал её взгляд и перешёл в режим «наставника». Как же это льстит мужскому эго.
– Мы сидим целый день в офисе, тупим в экраны, выгораем от пустой работы. Кровь застаивается, лимфа не двигается. Положительных эмоций – ноль. К вечеру мы – выжатый лимон. И бодримся кофе, делая ещё хуже – нервная система истощается еще больше.
Она молча кивнула. Слишком знакомо.
– Так что делать? – спросил я, пытаясь вовлечь её.
– Менять работу? Или…?
– Иногда и работу. Но обычно всё повторяется на новом месте. От себя не убежишь. Поэтому нужно менять себя и свой образ жизни. Для начала – добавить движение. Без регулярной активности с офисной работой быстро протухаешь и теряешь жизненные силы и задор, огонь в груди гаснет, блеск в глазах пропадает.
– Но я же хожу на аэробику. Несколько раз в неделю. Бег тоже пробовала, но… стало только хуже.
– Видел. Темп у тебя был не тот. Слишком быстро. А ещё… – я сделал паузу. – У тебя уже накопился стресс. Бег в таком состоянии добивает, истощает. Организм нужно не гробить, а успокаивать и балансировать.
– Ну и что тогда делать? Может, у меня просто характер такой беспокойный?
– Образ жизни у тебя беспокойный, а не характер. Изменишь его – и характер подстроится. Всё просто. Продолжай аэробику. Она тебе в кайф. Но добавь быструю, а иногда спокойную ходьбу. По настроению. Минимум час через день. Раз в неделю, в идеале, часа два-три непрерывного и спокойного движения. И, гарантирую, скоро ты себя не узнаешь! Один день в неделю полностью посвяти себе: массаж, отдых, много живого и настоящего общения, вкусная еда и прочие радости жизни.
– Ноооо…, – протянула она. – Одной ведь ходить скучно и как-то стремно. Буду гулять, как дура.
– Да ты и так… – вовремя остановился я. – Вечером много людей ходят гуляют, бегают, катаются – нормальных, здоровых. Остальные, в лучшем случае, сидят в комнатах и протухают в смартфонах. Если скучно, возьми подругу или включи музыку. Забей на мнение окружающих – всем на тебя, и на меня тоже, наплевать, каждый сосредоточен только на себе.
– Ну, спасибо, чуть дурой меня не обозвал…, – наигранно обиженно сказала она. – А так, я с тобой полностью согласна.
– Ты главное не ленись. И запомни: та усталость, что ты чувствуешь в конце рабочего дня, – не физическая, а от недостатка движения. Простая ходьба быстро сделает из тебя другого человека. Совершит революцию. Понятно? Сделаешь?
– Ну, раз ты говоришь… Обещаю, уже завтра начну.
Я знал, что у неё есть ещё две проблемы: зависимость от смартфона и кофе, что тоже лишает ее радости и внутреннего баланса. Но в этот раз она бы меня не услышала. Пусть начнёт ходить. Даже со смартфоном и кофе. Позже все ненужное само начнёт отваливаться. Большим плюсом было то, что она не курила, ни сигарет, ни различные, не менее вредные “дудки”, а значит организм гораздо чище, чем мог бы быть.
– Давай для начала просто включим в твою жизнь ходьбу, – решил подытожить я. – И улыбаться ты будешь больше, ведь у тебя такая красивая улыбка. Лицо у тебя будет не таким… клинообразным.
– Ммм, за улыбку, спасибо! Но с каким-каким лицом?! – Она спросила с округлившимися глазами. – Получишь у меня сейчас!
– А вот таким… – я скорчил самую унылую, депрессивную физиономию.
Она обиженно посмотрела, попыталась сохранить серьёзность, но уголки губ предательски дернулись. Ещё секунда – и взорвалась смехом.
– Дурак ты!
– Ну да, еще какой. Но зато честный и зачетный. Где ты еще такого чудика найдешь?!
– Это точно! Но, ходьбу в жизнь обязательно добавлю. Ведь это так просто, гораздо проще, чем бег.
Мы посидели ещё с полчаса, болтая о чём-то отвлеченном. Немного с улыбкой и приятным послевкусием вспомнили вчерашний вечер и вскоре разошлись тепло, по-дружески обнявшись на прощание. Вчерашнее наваждение почти прошло. Может, и правда, конфеты были волшебные? А может, всё закрутится позже? Пока же мы решили притормозить.
Впереди меня ждал отпуск, родной дом, поход в Крым и погружение в совсем иную реальность. А наша история с “бабочкой” получит продолжение немного потом…